?

Log in

No account? Create an account
Расшифровка телевизионной передачи "ПРАВ!ДА?" 2я часть - Журнал непрерывного отжига и ковки. Здесь куется наша победа.
Ноябрь 2, 2016
07:02 pm

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Расшифровка телевизионной передачи "ПРАВ!ДА?" 2я часть

Новая элита России: В поисках социального лифта



Ольга Крыштановская: Потому что табель – это фиксация формальная.

Игорь Задорин: К сожалению, у нас довольно, так скажем, слабо (а может быть, если грубее сказать, вообще никак)не учитывается то, что Валерия говорит: чтобы человек был хороший наверху. Хороший иногда определяется и способностями, и талантами, но необязательно деятельностью. Так вот, по большому счету, да, действительно, есть возможность этого лифта, но ты сделай что-то. Послужи в армии в каких-то особых точках. Поработай на Севере на каком-то суперпредприятии, которое двигает Россию. В конце концов, в космос слетай. Аналоги, я метафорически говорю. И вот эти заслуги должны давать основания для попадания в этот самый социальный лифт.

Николай Матвеев: А если при этом человек компетенцией не обладает? Хорошо, он слетал в космос, он молодец.

Игорь Задорин: Вот! Дело в том, что это самое достижение определенное и есть критерий того, что он обладает определенными компетенциями.

Дмитрий Чугунов: А если нивелируется деньгами, если нет компетенций?

Игорь Задорин: Именно должна быть фиксация достижений определенных, которые признаются обществом как действительно достижения и заслуженный успех.

Николай Матвеев: Я опять же не зря Петра Первого привел в пример. Ну, он же первый, кто сказал… Петр Первый был первым, кто сказал: "Ребята, хватит по родословной. Давайте выслуживайтесь, старайтесь. Вот вам Табель о рангах, в нее может попасть всякий". У нас сейчас есть такая "табель о рангах"? Я не говорю о каком-то документе. Хотя бы некая дорожная карта, когда человек понимает: "Вот такой маневр позволит мне куда-то попасть".



Михаил Комин: Да, у нас есть разного рода кадровые…

Ольга Крыштановская: На государственной службе абсолютно то же самое.

Дмитрий Чугунов: Представьте на секунду минное поле. Вы приблизительно понимаете, что тропинки есть. Но когда вы по ним идете, вы либо проваливаетесь в болото…

Николай Матвеев: Либо на что-то наступите.

Дмитрий Чугунов: Либо на что-то наступите, либо взорветесь, потому что вы идете, идете, идете и не ожидаете беды. В чем проблема-то основная? Есть вроде бы тропинка, но ты по ней идешь и понимаешь, что издержки начинаются сразу. Ты растешь в полиции…

Ольга Крыштановская: А когда было не так? Это в любом обществе так.

Дмитрий Чугунов: Нет, вопрос в чем? Ты растешь в полиции. Если ты хочешь быть честным – ты не вырастешь. Идешь работать в политику. Если ты имеешь свое собственное мнение в партии – ты не вырастешь.

Ольга Крыштановская: Ну мы же не роботы! Ни в одном обществе не бывает такого…

Николай Матвеев: Все, секундочку! Вам слово.

Михаил Комин: Продолжая эту логику с минным полем. На самом деле у кого-то просто есть карта этого минного поля, где мины располагаются.

Дмитрий Чугунов: Либо он покупает ее.

Михаил Комин: Ну, либо он ее покупает.

Николай Матвеев: Либо он сам закладывает.

Михаил Комин: А по факту, смотрите, продвижение по заслугам – это меритократический принцип. В России он, к сожалению, работает не очень хорошо. Почему? Потому что у нас есть два существенных ограничения…

Ольга Крыштановская: Это еще надо доказать.

Михаил Комин: Первое ограничение – это когда для того, чтобы попасть в этот лифт, ты должен стать в существенную очередь. И эта очередь создается не потому, что много таких людей, которые, как ты, стараются попасть в лифт, а потому, что в этот лифт пускают многих и без очереди. Это называется "непотические практики", то есть, по-русски говоря, кумовство и родственные…

Николай Матвеев: VIP-пропуск.

Михаил Комин: Да, разного рода VIP-пропуска, родственные связи.

Валерия Касамара: Потом только расскажите, где эта очередь стоит. Я бы хотела посмотреть на нее. Вот я очереди не вижу.

Ольга Крыштановская: Она невидимая. Она написана незаметными чернилами.

Михаил Комин: Эта очередь стоит…

Николай Матвеев: Я правильно понимаю, что мы примерно сейчас идем по пути, по которому когда-то прошла древняя Индия? Каста брахманов, каста кшатриев, и между собой перемешаться они не смогут.

Дмитрий Чугунов: Это утрированно скорее.

Михаил Комин: Да, не так.

Николай Матвеев: Ну как? Раньше это статус, а сейчас это деньги.

Дмитрий Чугунов: Все-таки, простите, существует возможность, что юноша из небогатой семьи, в конце концов, вступит в интимную связь с девушкой из богатой семьи и породнится.

Николай Матвеев: А в Древнем Риме она бы стала рабыней. К вам вопрос, Виктор. Смотрите, теоретик социальной мобильности Сорокин выделяет восемь…

Валерия Касамара: Питирим Сорокин.

Николай Матвеев: Да, вы уже начинали их перечислять. Восемь социальных лифтов: армия; религиозные организации; школа, вуз и прочее; политические лифты – то, с чего мы начали; искусство; пресса, ТВ, радио (спасибо большое); экономические организации; семья и брак. На ваш взгляд, все эти социальные лифты в России работают? И если нет, то почему? А если да, то какой из них работает лучше и с какой скоростью?

Виктор Милитарев: Сначала огромное спасибо вам, Николай, что вы задали мне именно этот вопрос, потому что в определенном смысле я готовился именно к нему, послушав то, что говорили коллеги.

Первое. Я категорически не удовлетворен позицией коллег-социологов из-за ее недостаточной зубастости. Молодые люди, которые, как и я, политические теоретики и практики (один – политолог, другой – общественный деятель и политический деятель), говорили острее, но, на мой взгляд, недостаточно остро.

Николай Матвеев: Рубите!

Виктор Милитарев: Итак, первое. В нашем обществе сегодня, начиная с 1991–1992 годов, меритократия отсутствует на 98%. Никакого роста по заслугам, за исключением очень маленьких островков, у нас нет.

Ольга Крыштановская: Доказательства, пожалуйста.

Виктор Милитарев: Сейчас. Вся моя развернутая речь будет доказательством. Я укажу также те сферы, где лифты есть. У нас в начале 90-х произошел самозахват власти группой физических лиц, власти и одновременно собственности. Эта группа физических лиц хорошо известна. И пока мы не избрали Путина и он не стал исправлять эту ситуацию, эта группа физических лиц контролировала страну.

Николай Матвеев: Вы про тех, кто залоговые аукционы придумал?

Виктор Милитарев: Я говорю про бенефициаров чубайсовской приватизации и залоговых аукционов, а также про ту группу лиц, которую называют "семьей" бывшего президента Ельцина. Сегодня у нас у нас компромиссная ситуация, и заключается она в следующем. У нас существует верхняя властвующая элита. Она состоит из суперкрупных предпринимателей (никакой, не только малый и средний, но и небольшой крупный бизнес в нее не входит), из высших чиновников, из верхушки силовиков…

Николай Матвеев: То, с чего вы начали, – это прямо тема для диссертации. И все-таки какие социальные лифты работают?

Виктор Милитарев: Сейчас. До лифтов еще надо дойти.

Дмитрий Чугунов: Вы ограничены по времени.

Виктор Милитарев: Вы задали вопрос про восемь сорокинских лифтов.

Николай Матвеев: Я их перечислил. Какие из них есть и какие работают?

Виктор Милитарев: Сейчас. Работают только два, но сначала я все-таки скажу главное. Главное, что кроме этих людей и звезд эстрады и кино, никого больше в элите нет.

Ольга Крыштановская: Неправда, абсолютно неправда.

Виктор Милитарев: Из науки и образования в элиту попадает малая часть ректоров с наибольшим административным ресурсом, два-три академика – и пожалуй, все. То есть наука, образование, вообще гуманитарная сфера, за исключением тех, кто являются любимцами не самой образованной аудитории, в элиту не входят вообще. Это первый тезис, почему наше общество совсем не меритократическое. То же касается инженеров.

Где работают лифты? Они работают всего в двух местах. Они работают, хотя и с задержками, в "Единой России", но имеют "межэтажное перекрытие", потому что, начав активистом в местной организации…

Ольга Крыштановская: И в армии.

Николай Матвеев: И ключи от межэтажных перекрытий не у всех есть.

Виктор Милитарев: Не у всех есть.

Николай Матвеев: Ключник, возможно, один.

Виктор Милитарев: Ты можешь подняться максимум на депутата или низового сотрудника центрального аппарата. В других партиях ничего подобного нет вообще. И это выслуга в ФСБ, в Службе внешней разведки – уже не в полиции и не в армии. Я исхожу не из формальных критериев…

Ольга Крыштановская: Виктор, слушайте…

Николай Матвеев: Сейчас, секундочку, я вам дам слово.


http://www.otr-online.ru/programmi/prav-da-1240/novaya-elita-rossii-60311.html#!



(Оставить комментарий)

"Пора вернуть эту землю себе!" - программа освобождения России Разработано LiveJournal.com