Видит Бог, я довольно долго не хотел вмешиваться в дискуссию, вызванную выступлением Святейшего о духовном смысле Великой Отечественной войны. Однако, накал страстей по этому вопросу все более зашкаливает. Взаимные обвинения становятся все более острыми. Я это заметил уже во время кулуарного обсуждения темы на акции "22 июня - День мобилизации" на Поклонной горе. Но, пожалуй, последней каплей, переполнившей мое терпение, был сегодняшний неимоверно резкий обмен репликами между Кириллом Фроловым и Егором Холмогоровым, едва не приведший к разрыву отношений между диспутантами.

Моя позиция в этой дискуссии весьма близка к позиции Кирилла Фролова. Другое дело, что, на мой взгляд, Кирилл пока не нашел аргументации, позволяющей ему сделать свою точку зрения убедительной или хотя бы приемлемой для своих оппонентов. Это вызывает у меня большое сожаление. В сегодняшней политической ситуации очередное "обострение" полемики между  "красными" и "белыми" представляется мне контрпродуктивным и, в конечном счете, льющим воду на мельницу наших общих противников. Впрочем, то, что Фролов, немотря на большую личную значимость для себя обсуждаемой темы, постарался не переходить определенных границ в личных отношениях с Егором Холмогоровым и, можно сказать, протянул ему руку примирения, вызывает у меня большую симпатию и уважение.

Однако, все это не отменяет необходимости трезвого обсуждения острой темы. Итак. Почему я полностью согласен со Святейшим Патриархом Кириллом в том, что Великая Отечественная война являлась Божиим наказанием для нашего народа? Прежде всего потому, что духовная атмосфера 30-х годов прошлого века в нашей стране была настолько отравлена ядовитыми испарениями страха, предательства и убийства, что наш народ оказался на грани духовной гибели.

Я имею в виду вовсе не пресловутые "репрессии 37-го года". Здесь все отнюдь не так просто. Мне хорошо известны свидетельства современников, которые, не испытывая никакой любви к советской власти, восприняли их, можно сказать, с восторгом. Скажем, Андрей Платонов в беседе с одним моим знакомым сказал тогда: "Неужели эти суки, наконец, начали мочить друг друга?". А Василий Шульгин был исключительно рад тому, что: "Справедливая расплата, наконец, настигла палачей русского народа - банду Ленина-Троцкого".

Но я говорю совершенно о другом. О том, что волна репрессий настигла абсолютно простых людей, совершенно непричастных к политическим баталиям внутри советского партийного и хозяйственного руководства. Снова повторились ужасы гражданской войны. В какой-то момент оказаться в колымском концлагере или в расстрельном подвале можно было абсолютно не за что.

Во всем этом "Госужасе" я хотел бы выделить особо три момента.

Первое. Одим из основных официальных мотивов репрессий против простых людей были недостаточная лояльность к советской власти, выражавшаяся в сколь либо критических или иронических замечаниях в ее адрес, независимо от уровня умеренности этих замечаний и причастность в прошлом, то есть до революции или в гражданскую войну, к тем или иным должностям или политическим силам. Таким образом, советская власть категорически отказывалась от национального примирения и, по сути, продолжала гражданскую войну. Известна куча случаев, когда людей убивали буквально за "сомнение в целесообразности и успехе чкаловской экспедиции".

Второе. В этих репрессиях поражает полное отсутствие бережности к реальной национальной элите - поэтам, философам и ученым. Количество жертв репрессий в этой категории населения поражает воображение. Никакого суеверного страха перед пролитием крови поэта или мудреца, существа беспомощного и беззащитного, но находящегося под особым Божественным покровительством, какой был у тиранов прошлого, у организаторов репрессий 30-х годов не было и в помине.

Третье. И, пожалуй, самое ужасное в репрессиях 30-х годов по сравнению с, может быть, и более массовыми репрессиями времен гражданской войны, было то, что к идеологической ненависти начала 20-х в 30-е добавился мотив корысти. Немотря на то, что значительная часть доносов объяснялась паранойей травмированного оборонного сознания, среди них отчетливо прослеживается другая категория доносов - объясняющихся желанием подсидеть конкурента или присвоить квартиру.

На мой взгляд, сочетание всего этого с расстрелами или заключением в концлагерь подавляющего большинства активно верующих в Бога людей в какой-то момент переполнило чашу Божьего гнева. В этом смысле Великая Отечественая война оказалась Божьим наказанием, буквально спасшим наш народ от духовной, а, может быть, и физической гибели. Добровольная массовая мобилизация подавляющего большинства жителей нашей страны на защиту Родины от жестокого и коварного врага не только вызвала истинный духовный подъем и оздоровление духовной атмосферы в стране, но и осуществила, наконец, национальное примирение, которое лучшая часть нашего народа безуспешно ожидала все послереволюционное двадцатилетие. Именно в результате Великой войны и еще более Великой Победы советская власть из оккупационной для не менее, чем половины населения, стала общенародной и в значительной степени вообще народной властью.

На мой взгляд, эта война настолько свята, что я присоединяюсь к мнению некоторых православных людей, считающих, что любой наш солдат, погибший на Великой Отечественной, по самому факту героической гибели в защиту Родины, является святым мучеником, заслуживающим церковного почитания.

Однако, святость героев-защитников Родины никак не отменяет святости новомучеников, павших жертвою дъявольского безумия советской власти. И меня немного удивляет мысль Егора Холмогорова о том, что либо новомученики живы в жизни вечной и молятся перед Престолом Господним за своих мучителей, либо они мертвы, а кровь их вопиет к отмщению. Нет. Здесь нет никакого противопоставления. Верен и первый тезис, и второй. Святые мученики живы в Царствии Небесном. Они молятся перед Престолом Господним за весь наш народ и, в том числе, и за своих мучителей. Что никак не противоречит тому обстоятельству, что кровь их вопиет к отмщению. И в этом утверждении нет никакой "торговли холокостом".

Хочу процитировать "Молитву ко святым новомученикам и исповедникам Российским": "Вы, во дни гонения лютаго землю нашу от безбожных постигшаго... образ терпения и непостыдного упования мужественне явили есте. Ныне же, в раи сладости наслаждающеся, пред Престолом Божиим во славе предстоите...Сего ради мы, недостойнии, молим вас, святии сродницы наши: не забудите земнаго отечества вашего, грехом каинова братоубийства, поруганием святынь, безбожием и нашими беззаконии отягченного. Умолите Господа Сил, да утвердит Церковь Свою непоколебиму в мире сем, многомятежнем и лукавом; да возродит в земли нашей дух братолюбия и мира; да паки будем мы царское священие, род Божий, избранный и святый, присно с вами славящий Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь".

Я хорошо знаю эту молитву, потому что мы, по сложившейся традиции, каждое воскресенье читаем ее на нашем молебне на улице Новаторов. По-моему, она подтверждает мой тезис, а не тезис Егора Холмогорова.

В завершение этого рассуждения, хочу ответить на возражения, которые мне приходилось уже слышать по этому вопросу.

Первое. Утверждая, что Великая Отечественная война являлась наказанием Божиим вы, тем самым, делаете  Адольфа Гитлера орудием Божьего промысла. Честно говоря, я даже до конца не понимаю смысла этого возражения. Ну да, делаем. А в чем вопрос-то? Гитлер был орудием Божьего промысла, посланным нам за грехи наши. Слава Богу, опомнились. И покаялись. И гнали этого поганого Гитлера до самого бункера, где он повторил судьбу Иуды Искариота.

А Ленин с Троцким и Сталиным также были орудием промысла Божьего, посланного нам за грехи наши. Если бы романовский режим вовремя решил крестьянский вопрос, то есть вопросы о земле, образовании и сословном равенстве, не было бы нам никаких Ленина со Сталиным. А так - землю крестьянам отдавать не хотели, образование им не давали, нос перед ними задирали. Вот и получили по полной программе. Лично я не могу не считать позором исторической России то, что и массовое образование, и массовую вертикальную мобильность, и массовое благосостояние нашему народу дала лишь советская власть.

Это рассуждение является ответом и на второе возражение, которое мне пришлось услышать от очень умного и влиятельного человека, близкого к Администрации Президента. "Ну, чего вы лезете, куда вас не просили? Дали вам тему Деникина, вот и возитесь с ней. А Сталина и Великую Отечественную не трогайте. А то, иначе получится, что вы льете воду на мельницу наших врагов. Вы что, не знаете, что на Западе ведется информационная война против нас? Сначала они говорят, что Сталин не лучше Гитлера. А потом, что Гитлер по сравнению со Сталиным - меньшее зло. А кончится все это  международным судом над тоталитарным советским режимом. И пострадаем мы все. Вместе с вами, между прочим. Неужели вы этого хотите?".

На это я отвечаю. Несмотря на то, что многие преступления советского режима в первое двадцатилетие после гражданской войны вполне сопоставимы с преступлениями режима гитлеровского, советская власть, безусловно, является, как минимум, гораздо более меньшим злом, чем власть гитлеровская. И это несмотря на то, что советская власть в свой ранний период допускала против своего народа гораздо более жестокие и массовые преступления, чем нацистская власть против своего народа.

Почему я так считаю. Во-первых, как я уже говорил, советская власть, при всей своей жестокости, решила ряд объективно назревшиих и перезревших в романовский период проблем, касающихся социальной справедливости и прогресса. Заслуги ее в этой области чрезвычайно велики. Вопрос лишь о цене этих вполне достойных реальных свершений. И реализуя эти свершения, советская власть реализовала вековые мечты нашего народа. И никакого противоречия в моих тезисах нету. Потому что мои претензии к советской власти относятся не к ее целям, а к исключительной и бессмысленной жестокости при их реализации.

Кстати, напомню в очередной раз. Что бы не говорил Сергей Кара-Мурза, но подавляющее большинство офицеров Добровольческой армии было членами или сторонниками РПСР и РСДРП. То есть, эсерами и эсдеками. А генералитет был, в основном, кадетским. То есть, по нынешним меркам, право-социал-демократический, а вовсе не либеральный. Таким образом, в гражданской войне речь шла вовсе не о "противоборстве власти рабочих и крестьян с защитниками помещиков и капиталистов", а о борьбе двух социалистических проектов.

Во-вторых. Как бы жестока ни была советская власть, но она, в отличие от власти гитлеровской, воодушевлялась и руководилась вполне гуманистической и человеколюбивой идеологией. Сколько бы глупостей и даже жестокостей не было бы в марксизме, но эта идеология направлена на освобождение всего человечества, а не на жестокое порабощение одной части человечества другой.

И, наконец, в-третьих. Благодаря первым двум пунктам, советская власть была способна вести геноцид только против своего народа. Причем, объясняла себе этот генцид своими безумными идеологическими причинами. Великая Отечественная война в значительной мере преобразовала советский режим и геноцид против своего народа был прекращен. Геноцид же против других народов как таковых советская власть не вела никогда. Тогда как гитлеровский режим осуществлял планомерный геноцид против целого ряда европейских народов - русских, украинцев, белоруссов, сербов, поляков, евреев и цыган. И одно это делает гитлеровский режим абсолютно несопоставимым по людоедству с советской властью.

Вот, пожалуй, на сегодня и все. Даст Бог, напишу и вторую часть этого рассуждения, касающуюся уже лично И.В.Сталина. Я хочу подробно отреагировать на известное высказывание глубоко мною уважаемого архиепископа Илариона о том, что Сталин был "чудовищем и духовным уродом".

ЗЫ. Кстати, Костя и Паша, я совершенно не возражаю, если этот текст станет очередной "провокацией по пятницам". А то что-то я давно вам не писал :))))) Если, конечно, кто-нибудь до вас не перехватит :))))))